КВОТЫ: ВОСПОМИНАНИЯ О БУДУЩЕМ
В начале 2003 года Правительство России приняло 3 постановления, ограничивающих импорт мясного сырья в Россию из стран дальнего зарубежья. Постановления разрабатывались Министерством сельского хозяйства и Министерством экономического развития и торговли Российской Федерации.
Подобные меры, по замыслу правительства, должны были защитить отечественных производителей мяса от дешевого импортного сырья, обеспечить повышение рентабельности, повысить спрос со стороны крупных мясоперерабатывающих предприятий на отечественную продукцию животноводства. Мы попытались разобраться, как повлияло введение квот на мясной рынок в целом и на деятельность конкретных компаний, произошел ли передел рынка. Также мы постарались выяснить, что думают участники опроса о механизме квотирования, как факторе поддержки отечественного животноводства, их отношение к аукциону и к методике распределения квот принятой Правительством на 2004 год.
Вячеслав Калугин, директор по материально-техническому обеспечению группы компаний «Царицыно»:
- В своей работе с сырьевыми ресурсами, мы ориентируемся в основном на российское сырье и сырье из стран СНГ (Украина, Белоруссия), поэтому полученных в 2003 году квот оказалось достаточно для обеспечения нормальной деятельности нашего предприятия. В целом, введение квот позитивно сказалось на состоянии российского рынка. Несомненно, квотирование привело к переделу рынка, но никаких отрицательных последствий этого передела для российской экономики не наблюдается. Позиция правительства по распределению квот на 2004 год до конца не ясна, тогда как в 2003 году была полная определенность по всем вопросам. Предстоящий аукцион по продаже 10% объема квот должен быть открытым, и мы, при приемлемых условиях, примем в нем участие. Само по себе, квотирование импорта не может стать решающим фактором в поддержке отечественного производителя. Несмотря на то, что наша компания работает с отечественным сырьем и его доля возрастает с каждым годом, российское животноводство в настоящий момент не способно полностью обеспечить нашу перерабатывающую промышленность сырьем. Для восстановления животноводства в объемах, необходимых для российской пищевой промышленности, требуется значительное время и крупные капиталовложения.
Сергей Чаков, директора мясного департамента компании Глобал-Фудз:
- Введение квот усложнило нашу непосредственную работу, поскольку появились дополнительные контролирующие звенья, с которыми необходимо согласовывать оформление лицензии на ввоз. Также возникли определенные сложности с оформлением ветеринарных разрешений на ввоз, так как для их получения необходимо предоставлять готовую лицензию. Компаниям приходится вести дополнительный учет остатков по лицензиям и прочее… Передел на мясном рынке наступил, потому что правила игры кардинально поменялись. С рынка практически ушла часть компаний которая работала через брокеров и не получила квоты как исторические импортеры. Квотирование привело к кардинальным изменениям всего мясного рынка в России, и в целом можно говорить о негативных последствиях этих изменений. И хотя исторический принцип распределения квот можно считать наиболее справедливым, механизм количественного распределения квот абсолютно непонятен и нечеток, и оставляет варианты для перераспределения определенных объемов в пользу той или иной компании. Ситуацию осложняет и отсутствие ограничений на такие мощные экспортные рынки как Украина и Белоруссия. Сейчас отсутствие квот на продукцию из Украины и Белоруссии приводит к проявлению достаточно серьезного потока контрабандной продукции. Тем самым резко ограничивается уровень влияния механизма квотирования для поддержки отечественного производителя.
Предстоящий аукцион по продаже 10% объема квот должен проводиться по обычной системе торгов, с игрой на повышение, когда стоимость квот определяется самим рынком. Это позволит избежать подтасовок и несправедливости по отношению к участникам, как это было на прошлогоднем аукционе.
В поддержке отечественного животноводства квотирование само по себе не является значимым фактором. Рост цен на внутреннем рынке привел лишь к увеличению забоя скота в наших животноводческих хозяйствах, решающих лишь сиюминутные задачи рентабельности. Последовавшее за этим снижение поголовья скота не даст нам увеличение производства мяса в долгосрочной перспективе. Исключение составляет только птица, поскольку введение квотирования положительно повлияло на рост птицепроизводства.
Несмотря на то, что наша компания мало работает с отечественным сырьем, в ближайшее время мы планируем расширить объемы работы с отечественным производителем. Во многом это связано с повышением конкурентоспособности российского мясопроизводства, ростом количества предложений и качества сырья.
Алек Фесенко, заместитель генерального директора по сырьевым вопросам АПК Черкизовский:
- Квотирование повлияло на весь мясной рынок. Прежде всего поднялись цены на мясосырье, введение квот привело к тому, что появилось больше возможностей для спекулятивной деятельности трейдеров. В конечном итоге, это, собственно говоря, влияет на конечного потребителя, потому что, если вся индустрия вынуждена покупать сырье по более дорогим ценам, даже частично, то рано или поздно, повышение цен перейдет на плечи потребителей. На данный момент, российский производитель не в состоянии снабдить себя полностью мясосырьем, поэтому есть необходимость закупать какой-то еще объем из-за рубежа. Перед нами тоже встала проблема нехватки сырья. Но в нашей ситуации все оказалось более сглажено, потому что на сегодняшний момент мы на 50% покрываем свое производство мясосырьем из наших собственных хозяйств.
Введение квот на мясном рынке привело к тому, что в большинстве своем переработчики были обделены, и львиная доля квот досталась трейдерам. Со многими из них мы естественно работаем, это наши партнеры. В тоже время, многие квоты достались тем старым, серым компаниям, которые работали вне налоговой зоны в прошлые годы. По сути, квотирование оказалось антирыночным механизмом, создающим повышение цен и диктующим переработчикам, где покупать сырье.
Сама методика распределения объемов квот для компаний импортеров должна проходить под эгидой Минсельхоза, а не МЭРТа. Минсельхоз, это люди, которые знают сельское хозяйство, которые знают, как оно развивается, какие процессы происходят. У МЭРТа недостаточно информации и опыта в этой области. Что касается предстоящего аукциона по продаже 10% объема квот, то нам очень хотелось бы надеяться, что он будет честным и справедливым, чего нельзя сказать об аукционе прошлого года. Аукцион должен проходить на повышение, а не на понижение, и каждый участник должен иметь право делать свой выбор и ставить ту цену, которую считает проходной.
Само по себе квотирование, с точки зрения его влияния на отечественное производство, вещь неоднозначная. С одной стороны – это поддержка животноводческого комплекса России, но с другой – значительное усложнение работы отечественного мясопереработчика.
Игорь Саркисов, начальник отдела Закупок мясосырья ООО «МПЗ Кампомос»:
- Введение квот на импорт мяса в РФ многообразно отразилось на деятельности по обеспечению мясосырьём. Оно значительно сузило круг возможных поставщиков, так как теперь импортёрам стало сложно проявлять инициативу по поставкам новых для них видов товаров, а держатели квот стали в некой степени привилегированной группой.
Поскольку объём квот конечен, а также в силу того, что он недостаточен для удовлетворения потребностей переработчиков в сырье, главной «визитной карточкой» компаний поставщиков мяса становится в первую очередь обладание квотами, а не умение осуществлять поставки сырья. Достаточно большие объёмы квот в соответствии с историческим принципом их распределения оказались в руках фирм, которые поставками мяса сами никогда не занимались, а лишь использовались для оптимизации импортных операций. При этом многие мясокомбинаты, являясь исправными последовательными плательщиками налогов в бюджет, были поставлены перед необходимостью закупать сырьё у ограниченного количества поставщиков, в результате переплачивая за товар лишь на основании наличия у поставщика квот.
Еще один негативный фактор – ситуация с ценообразованием. К концу года импортёры, чтобы сохранить свою «историю» завозили мясосырьё, забив все закрома – как свои собственные, так и мясокомбинатов. Цены тут же покатились вниз, вынуждая продавать мясо чуть ли не ниже себестоимости. Зато после Нового Года поставщики мяса были вознаграждены: затягивание с опубликованием квот на 2004 год привело к существенному удлинению «посленовогоднего поста» - цены беснуются до сих пор, так как между опубликованием квот и поступлением сырья по квотам на рынок существует определённый временной промежуток – от двух недель до двух месяцев.
Сам метод распределения квот тоже нельзя считать справедливым. Было бы более правильным определенную часть квот (примерно 30%) распределять также по историческому принципу, но уже среди переработчиков. При этом, 50% квот распределялись бы по существующему принципу среди компаний исторических импортёров, а оставшиеся 20% подлежали бы распределению среди новых игроков на рынке.
Логика распределения квот до конца не определена. Дело в том, что можно и не отступать от исторического принципа, но при этом прилагать таковой к различным статистическим срезам прошедших годов (3-х, 2-х лет, года, квартала и т.д.). «Пробные», впоследствии признанные ошибочными, списки обладателей квот показали, как разительно меняется при этом список основных игроков на рынке поставщиков мясосырья. Механизм квотирования обращён не только внутрь страны (продекларированное стремление поддержать российского производителя); он, скорее всего, также является инструментом политического и экономического торга в диалогах правительства РФ со странами-экспортёрами мяса в РФ – как фактическими, так и потенциальными.
Практика квотирования импорта, являясь одной из мер по поддержке отечественного производителя, сама по себе, при отсутствии иных способов стимулирования роста производства мяса, способна привести лишь к росту цен и созданию дефицита. В производстве компании доля отечественного мясосырья очень мала, что обусловлено недостаточными объёмами предложения такого сырья на рынке, его нестабильным качеством, а также сравнительно высокими ценами.
Александр Семёнов, Заместитель Генерального директора Торгово-промышленной группы "Диета-18":
- Введение квотирования имеет положительные и отрицательные стороны. С одной стороны, при квотировании стало легче планировать работу. Тем не менее, квотирование ограничило темпы роста объёмов закупок и, соответственно, продаж, намеченных компанией на 2003 год. «Страновой» принцип также не способствует развитию бизнеса. Определённые трудности возникли и в связи с несвоевременным распределением квот.
Несомненно, введение квот привело к переделу рынка. Таможенные брокеры перепродают квоты, которые получили совершенно несправедливо только из-за того, что проводили таможенные очистки грузов мясных компаний. Наметился рост цен на мясо, как на внешнем, так и на внутреннем рынке. Небольшие компании без «импортной истории» ушли с рынка, а им взамен появились фирмы без «импортной истории», которые в значительных количествах осуществляют импорт. Кроме того, заметно активизировались контрабандные поступления.
Методику распределения квот справедливой для всех сделать невозможно. Введение квот привело к необходимости создания товарного запаса на срок выработки методики распределения квот, что привело к повышению себестоимости продукта (так как требуется привлечение кредитных средств, увеличение сроков оборачиваемости, использование дополнительных холодильных площадей, дополнительное перемещение товара в условиях хранения). Кроме того, остается неясным, в чём смысл разделения квот на охлаждённое и мороженое мясо.
Наш Холдинг будет участвовать в аукционе по продаже квот. Аукцион должен быть организован в виде обычных торгов (по британской системе на повышение).
Эффект от введения квотирования не может быть настолько очевиден за столь короткий период. Понятно, что в условиях дефицита наметится рост цен, что повлечёт за собой, в первую очередь, увеличение рентабельности производства птицы и свинины и лишь затем крупного рогатого скота.
Квотирование может быть решающим фактором в поддержке отечественного производителя, так как за год цены реально выросли. Однако для перерабатывающей отрасли это не всегда выгодно, так как влечёт за собой рост цен на готовую продукцию.
Многие компании обратили своё внимание на развитие животноводческих комплексов, но в условиях квотирования для поддержки отечественного производителя необходима государственная дотация, которая, к примеру, на западе составляет приблизительно 1$ на каждый килограмм мяса.
На сегодняшний день выращивание и откорм крупного рогатого скота в России нерентабелен, поэтому отечественное животноводство не может полностью обеспечить сырьём ни нашу перерабатывающую промышленность, ни торговлю. Нужен комплекс мер, основанный на создании государством механизмов по льготному инвестированию и дотированию отрасли. Кроме того, необходимо соотношение стоимости энергоносителей, зерна и мясосырья.
Наша компания работает с отечественным сырьем в очень незначительном количестве, по причине отсутствия и низкого качества товара (например, %% мышечной ткани свинины в Дании – до 60%, а в России – до 38 %). Основной объём производства приходится на мясо птицы.
Нейтан Хант, директор представительства компании по международной торговле продуктами питания «CHISHOLM»:
-Квотирование самым негативным образом повлияло на торговлю Канады с Россией. Мы потеряли практически весь объем поставок, который восстанавливали после 1999 года. В предыдущие годы российские мясокомбинаты активно закупали канадскую свиную обрезь и готовы были платить чуть больше денег за то высокое качество, которое мы им предлагали. Мы производим обрезь нескольких видов, различающихся по постности, тогда как другие страны, такие как Бразилия или США, обычно предлагают всего лишь два или три вида этого сырья, значительно уступающего нашей продукции по качеству. В настоящий момент, в связи с ограниченным объемом квот, выделенных комбинатам, многие из них вынуждены полностью отказаться от нашего сырья. В свою очередь, брокерские конторы, которые в конечном итоге получили львиную долю квот, не готовы платить за качество. Для них самое главное – завезти самый дешевый товар и перепродать его по самой высокой цене. В прошлом году таким товаром были бразильские полутуши, которые подобные фирмы завозили в громадном количестве и перепродавали с гигантской прибылью. Теперь все эти, так называемые трейдеры, начали платить налоги и стали полноценными компаниями, а наши традиционные клиенты – мясоперерабатывающие заводы, вынуждены закупать тот товар, который эти брокеры им предлагают.
Географический принцип распределения квот еще более усложнил ситуацию, и не только с нашим бизнесом. Теперь Россия обязана брать определенное количество свинины из США и ЕС, заставляя российских потребителей закупать на тех рынках, которые им совершенно не выгодны. Конечно, мы тоже просили свою страновую квоту, но видимо лобби Канады не достаточно сильно в России, чтобы добиться того, чего добилась Европа со Штатами. Те, кто ввел квоты считают, что они сделали уступки Америке и ЕС, чья поддержка очень нужна вашей стране для вступления в ВТО. Поэтому, чем быстрее Россия вступит в ВТО, тем быстрее могут быть сняты подобные барьеры в торговле.
Если говорить о поддержке с помощью квотирования отечественного производителя, то такие меры имеют определенный положительный эффект. Различные протекционистские меры по поддержке собственного сельского хозяйства используются практически в каждой из развитых стран. Теперь, из-за сложностей с импортом, многие компании, традиционно закупавшие сырье заграницей, вынуждены искать замену в России, в ее регионах. В свою очередь, местным производителям, стало легче выходить на крупных покупателей, например, из Москвы или С-Петербурга. И если раньше регионы предлагали только полутуши, а крупные покупатели требовали уже упакованное мясо, то теперь регионы создают свои минибойни, делают отдельные упакованные куски. Между областными производителями и крупными покупателями постепенно налаживается тесное сотрудничество, вырабатывается график платежей, который устраивает обе стороны. То есть, благодаря таким мерам, идет небольшой подъем в области сельского хозяйства.
Тем не менее, квотирование, далеко не самый эффективный способ возрождения села. Нельзя поднимать сельское хозяйство за счет доходов собственного населения. В идеале, квоты должны быть сняты, а взамен им введены дополнительные пошлины. Такой подход выгоден как государству, получающему лишние деньги за каждый килограмм ввезенного мяса, так и российскому животноводству, поскольку эти пошлины поднимают цены на сырье. Экспортерам это тоже выгодно - подобный механизм не ограничивает торговлю и выбор покупателя, готового платить больше денег за более качественную продукцию. Есть ряд мясокомбинатов, которые хотят покупать именно нашу обрезь, а страновый принцип квотирования этого им просто не позволяет. Нужно дать таким компаниям выбор – какой товар и откуда им завозить. На сегодняшний момент, для России, это самый разумный выход из положения.