- Александр Иванович, хотелось бы услышать ваше мнение по поводу нашего предыдущего утверждения. Вы с ним согласны?
- Безусловно, определенный недостаток информации имеет место. К примеру, я был просто удивлен тому интересу, который был проявлен регионами к участию в нашем мероприятии – «Овощи-фрукты 2004». И хотя Москва уже довольно продолжительное время производит как мясную, так и фруктово-овощную продукцию сама, регионы об этом ничего не знают; они не знают условий работы с Москвой, не знают то, что мы можем оказать финансовую поддержку формированию их агрохолдингов. Например, в прошлом году, на базе Курбского Бекона - хозяйства в которое интегрировалась Икма, мы провели семинар, который собрал представителей порядка 30 регионов РФ. И когда мы изложили нашу модель оказания финансовой поддержки, они восприняли это с огромным интересом. Поэтому любая инициатива, направленная на расширение информационного пространства в этом направлении, будет только приветствоваться.
- А что на сегодняшний день представляет собой мясной рынок столицы в целом?
- Мясной рынок города оценивается примерно в 1 миллион 100 тысяч тонн мяса и мясопродуктов в год. Это то количество мясного сырья, которое Москва получает, перерабатывает и потребляет. Порядка 20 % этого сырья в виде готовой продукции уходит в регионы. И мы в этом напрямую заинтересованы, поскольку те денежные средства, которые выплачиваются регионами в виде налогов на прибыль, остаются в бюджете города. Исходя из годового потребления мяса в Москве, приблизительно 75% сырья поступает в столицу с хладокомбинатов и мясокомбинатов. Это и есть та самая материально-техническая база, которую город, благодаря таким людям как нынешний генеральный директор «Эксимы» Николай Яковлевич Демин, просто не дал развалить и распродать. 75% сырья - это760 тысяч тонн. Из них – 257 тысяч – это годовые программы хладокомбинатов и мясокомбинатов, которые формируются с участием 30% финансовой поддержки из бюджета Москвы. А это - 23 % от годового потребления мяса в столице. Московское правительство заинтересовано, чтобы мясной рынок города был стабильным, чтобы предприятия, которые его формируют и участники этого рынка работали без сбоев. Такая политика дает нам полную гарантию того, что при любых условиях столица получит свой минимум - 257 тысяч тонн мяса в год. Весь остальной объем восполнят мелкие и средние коммерческие структуры.
- Известно, что Правительство Москвы активно помогает столичным мясокомбинатам в создании агрохолдингов. Кто получает предпочтение в плане оказания финансовой поддержки?
- Мы заинтересованы в том, чтобы средства, которые город выделяет из своего бюджета на эту программу, шли на развитие стабильного бизнеса, способного в конечном итоге окупить все наши затраты. Поэтому, в первую очередь, мы поддерживаем крупные агрохолдинги. В городе есть порядка 10 таких предприятий, которые формируют 80% всего мясного рынка в столице. Это Микояновский, Черкизовский и все те мясокомбинаты, которые создают свои собственные производства мяса. Например, у «Микояна» в 5 регионах есть свои откормочные цеха, мясоперерабатывающие заводы, на которых производится и забой, и разделывание до полутуш, и первичная переработка. Из регионов Российской Федерации, этот мясокомбинат получает 95% сырья и только 5% берет от импорта. Это отдельные виды мясного сырья, типа шпига, которые мы пока не можем производить самостоятельно и вынуждены сегодня покупать заграницей. Таким предприятиям мы в первую очередь и оказываем финансовую помощь. А это порядка 80% от общей суммы финансовой поддержки. Остальные 20% наших средств идут на развитие тех предприятий, чья производительность составляет порядка 1-3 тонн в день. Давая возможность развиваться этим мелким структурам, мы рассчитываем на то, что в будущем кто-то из них тоже сможет вырасти в агрохолдинги.
- То есть, Вы считаете, что за агрохолдингами будущее, и деньги туда вкладывать можно без риска, - они не пропадут бесследно, как это иногда случается в сельском хозяйстве?
- Непосредственно хозяйствам мы денег не даем. Наш принцип состоит в другом. Мы кредитуем те наши московские предприятия, которые владеют, не менее чем 51% акций этих хозяйств и гарантировано могут вернуть нам вложенные средства. При этом сам агрохолдинг тоже должен вкладывать свои средства в развитие этих хозяйств. Таким образом, московское предприятие напрямую заинтересовано контролировать ситуацию во всех своих региональных филиалах: бороться с пьянством, следить за здоровьем скота, иметь квалифицированный персонал и т.п.
- А как возникла сама идея инвестировать агрохолдинги? Кто ее предложил?.
- Это была идея нашего мэра. Раньше мы имели денежные средства только на покупку продукции в регионах. Но со временем стало понятно, что это бесперспективно. Тогда Юрий Михайлович предложил, чтобы из той части денег, которая выделяется на закупку сырья для Москвы, хотя бы 40% шло в инвестиции московских предприятий. Появилось Постановление московского правительства «О развитии связей с регионами». И сейчас, как видите, это дело у нас успешно развивается.
-И тем не менее, спад поголовья скота по РФ продолжается?
- Да, в погоне за сиюминутной выгодой скот в России просто вырезают. А вот наши московские агрохолдинги сейчас закупают элитный скот даже за рубежом. Например, во Франции покупают семментальскую породу коров.
- Но ведь этот скот надо еще и вырастить?
- Вырастят! Я вам это гарантирую. Ведь эти предприятия вкладывают туда свои собственные деньги, а, следовательно, неизбежна и ответственность, и прямая заинтересованность в развитии своего дела. Например, у нас директор одного из хладокомбинатов, кстати, доктор наук, раньше только получал мясо и хранил его. А сейчас, благодаря нашей инвестиционной политике, у него уже пять видов производств: колбасное, хлебное, молочное, производство масла, а с недавних пор еще и птицепроизводство. Он так и говорит: «Мне сейчас жить стало интереснее, потому что я вижу реальные плоды своего труда».
- А идея строительства хладокомбинатов на газопонижающих станциях уже реализуется?
- Да. У нас уже есть карта распределения таких предприятий и четыре адреса. Так что работа в этом направлении ведется. Это позволит иметь нам дополнительный, гораздо более дешевый и, что самое главное, более безопасный источник холода.
- В России второй год действуют квоты на ввоз импортного мясного сырья. Насколько справедливым, на ваш взгляд, оказалось распределение квот среди участников мясного рынка?
- Когда формировался рынок импортных поставок, все наши мясоперерабатывающие предприятия были практически обескровлены. Государство изъяло у них все оборотные средства, поэтому они не могли заниматься закупкой мяса по импорту, а своего в то время практически не было. В этот момент и появились все эти фирмы-однодневки, существующие только за счет купли-продажи. Сейчас, когда наши мясоперерабатывающие предприятия поднялись с колен и у них появились оборотные средства, оказалось, что из-за отсутствия исторического прошлого мало кого из них включили в систему закупок. Но мы всячески боремся с этой несправедливостью. Исторический принцип распределения квот на определенном этапе должен умереть, потому что на рынке импортных поставок появились нормальные игроки. Они не являются простыми перекупщиками мяса. Микоян, Черкизово, Останкино - закупают мясосырье для собственного производства. Поэтому они имеют право на равных условиях участвовать в распределении квот. Сегодня уже не нужны посреднические фирмы. В первую очередь квоты надо давать тем, кто является переработчиком-изготовителем.
- Москва планирует сокращать поставки продовольствия по импорту?
- Государство считается зависимым, если доля импортных поставок составляет 25%. Два года назад у нас эта доля составляла 86%, Сегодня - 69%. К 2007 году мы планируем сократить ее до 50%, и уже с этого года отказаться от финансовой поддержки, выделяемой на формирование городского резерва за счет импорта. И хотя мы еще не готовы полностью отказаться от импорта, потенциально мы имеем возможность производить столько продукции, сколько требуется городу. Но для этого необходимо вкладывать в село деньги: в технику, в технологии, в породу, в подготовку людей, в социальную сферу. Чтобы люди оттуда не уезжали.
- А качество сырья, поставляемого из регионов, соответствует требованиям переработчиков?
- Там, где мы вкладываем свои деньги, где мы выращиваем скотину для себя, все получаемое сырье строго соответствует необходимым стандартам. Но в целом по регионам, его качество оставляет желать лучшего. К примеру, в Мордовии, где 80% скота выращивается на личных подворьях, корову конечно вырастят, а вот с необходимыми параметрами - никогда. Для этого нужно соблюдать определенные технологии выращивания, нужна соответствующая техника, корма, которыми далеко не каждое хозяйство в состоянии себя обеспечить.
- Какой основной смысл вы вкладываете в понятие «продовольственная безопасность»?
- Продовольственная безопасность - это, прежде всего, способность страны к самообеспечению. Потенциально, основными продуктами питания Россия может обеспечить себя сама. Мы умеем производить мясо, молоко, масло, овощи, зерно, т. е. весь набор продуктов, необходимых для поддержания нормальной жизни людей. Но, чтобы страна смогла перейти к полному продовольственному самообеспечению, в село надо вкладывать очень большие деньги. Нужна развитая материальная база, которой в России пока нет. До недавних пор Москва практически ничего не производила сама, она лишь покупала, перерабатывала и потребляла. Но после того как мы ежегодно почти до 1 миллиарда рублей стали вкладывать в сельхозпроизводство, столица стала производить сама до 60% завозимых в город картофеля и овощей. По сути - мы уже стали аграрниками. Если в 2001 году из 750 тысяч тонн организованных поставок мяса в столицу, мы имели всего 100 тысяч тонн российского сырья, в этом году данный показатель составляет уже 221 тысячу. Это пока очень мало, но постепенно цифра будет расти. Во всяком случае, сегодня, уже третья часть мясного сырья производится нашими, московскими фирмами, а раньше мы его покупали.
- Чем обусловлено решение о сокращении городского резервного продовольственного фонда?
Если мы сумеем удержать производство мяса в Москве таким, чтобы ежедневное количество ресурсов всего мясосырья в Москве составляло от 50 до 90 тысяч тонн (в сырье, в колбасе, на рынках, в магазинах), то нам уже совершенно нецелесообразно будет держать 20 тысяч тонн его запаса в холодильниках. На сегодняшний день, благодаря 30% финансированию наших предприятий, правительство Москвы может планировать ситуацию заранее. Теперь мясо «пасется», везется в вагонах, перерабатывается, лежит на складах и присутствует в рознице в том количестве, в котором нам это необходимо. Поэтому мы решили сократить объем резервного фонда, а сэкономленные на этом деньги запустить в холдинги и в информационно-аналитическую систему, с помощью которой мы сможем постоянно отслеживать все мясные ресурсы города.
- Недавно было принято решение о создании системы входного контроля качества продукции, которую получают крупные сетевые структуры. Означает ли это, что теперь все магазины типа «Метро» обязаны будут брать продукцию только у тех предприятий, которые им укажет правительство Москвы?
- Нет, здесь речь идет о другом. У нас есть каналы, по которым мясо поступает в торговлю – это либо хладокомбинаты, либо мясокомбинаты. Именно с их складских помещений магазины и производят закупку товара. Нами будут установлены нормы температурного режима, влажности, транспортировки, система входного и выходного контроля. Их соблюдение будет давать право на выдачу данному предприятию соответствующего сертификата. С сертифицированного производства продукция будет поступать в сертифицированный магазин, и Вам как потребителю будет даваться гарантия того, что в такие магазины, условно отмеченные соответствующим значком, продукция поступает с сертифицированного производства, отвечающего всем требованиям санитарии и ветеринарии. Поэтому, любой московский потребитель сможет выбирать, в какой магазин ему ходить: туда, где ему гарантируют качество продовольствия и его безопасность или туда, где этого гарантировать не могут.
-Сейчас очень много говорится о проблеме использования трансгенного сырья в производстве продуктов питания. Каково Ваше отношение к этой проблеме?
- Природа на протяжении миллионов лет вносила подобные изменения и в животный мир, и в растительный. Вопрос в другом. Какова степень влияния всех этих изменений на организм человека? А этого никто пока сказать не может. Например, в картофель были внесены изменения с целью защиты его от колорадского жука. Но кто ответит на вопрос, как это повлияет на наш организм, на пользу или во вред ему пойдет. Поэтому на сегодняшний день все эти технологии содержат определенную долю риска. И здесь главная задача – свести этот риск к минимуму и информировать людей о содержании генно-модифицированных добавок в продуктах питания. Пусть люди сами решают: покупать или не покупать.
- Что изменилось в работе вашего Департамента за последнее время?
- Когда я начал здесь работать, большинство моих коллег были людьми предпенсионного возраста. И никто не верил, что к нам в Департамент придут молодые специалисты. Сегодня же количество таких ребят в нашем коллективе постоянно растет. И это неудивительно, поскольку интересная работа, перспективы роста, хорошая заработная плата, различного рода командировки, свой тренажерный зал – это довольно привлекательные условия для молодежи, решившей работать в государственном секторе. Поэтому я с оптимизмом смотрю в будущее, и надеюсь, что эффективность нашей работы будет только возрастать.
- А Вы мясо любите?
- Люблю
-А какое предпочитаете?
- Вкусное.
Из досье редакции.
А.И.Бабурин родился в 1952 г. в г. Москве. Окончил Московский технологический институт мясной и молочной промышленности.
По окончании службы в Советской Армии работал на инженерных должностях, потом более восьми лет находился на партийной работе.
В 1980 году избран заместителем председателя исполкома Люблинского райсовета г.Москвы.
С 1991-1993 гг. – заместитель префекта Юго-Восточного административного округа Москвы.
С 2001 г. – министр Правительства Москвы, руководитель Департамента продовольственных ресурсов.
Награжден медалью «В память 850-летия Москвы» и медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.
Женат, имеет дочь.